ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Category:

Скучища

- Вставайте, граф, вас ждут великие дела!- привычно раздалось ранним утром в спальной.
- Господи,- простонал молодой граф, пытаясь накрыться с головой тяжелым ватным одеялом. По традиции рыцарей закаляли с детства, поэтому в спальной комнате никогда не строили камин, зато окна не имели стекол и ставен. Летом это было даже приятно, но вот осенью и зимой... Бр-р-р...
- Господи,- повторил он, когда твердая рука слуги сдернула одеяло.- Ну, за что мне это? Почему?
- Вы должны, потому что вы рыцарь и вы граф.

- И что?
- Вам надлежит совершить утренний туалет и выехать в полном вооружении для совершения подвига.
- Господи,- третий раз за утро возопил юноша.- Как же мне надоели эти ежедневные подвиги, эта скачка по лесам и полям, эти спасенные девицы, повешенные разбойники, убитые драконы... Такая дребедень - каждый день, каждый день... Тоска... Скучища... А вот быть бы торговцем, водить караваны, как делают Уильям с отцом, смотреть на новые страны, останавливаться в гостиницах или даже просто на берегу реки, на поляне... Вот где романтика, вот где жизнь!
...
- Уильям! Почему ты еще спишь?
- Отец, прошу прощения, но я лег только в два часа ночи...
- Я лег после тебя. Я еще проверил груз и охрану. И встал - раньше. Почему же ты еще спишь?
- Ох-х,- зевая вылез из спального мешка, новейшего изобретения северян, Уильям. Вилли - так его называли только близкие друзья. Остальные за такое сокращение благородного имени могли и в харю получить. Потому что вышел Уильям не в мать и не в отца. Они были маленькими и кругленькими, аккуратненькими и похожими, как пуговицы на мундире стражника. Сын у них был один, и с детства они все силы и все средства вкладывали в него. Вот и выросло... Что выросло. Огромного роста, широкоплечий, мускулистый, рыжий, как огонь - не в одном селе после прохода торгового каравана плакали девчонки, так и не сумевшие оставить его при себе.
- Ну, встал,- пробасил он, взгромождаясь над отцом, с восхищением смотрящим на любимое чадо.
- Встал, значит? Ну, тогда - утренний туалет. А потом считать и укладывать товар, проследить за упряжью, чтобы не попортили лошадей, переговорить с охраной - въезжаем в леса, послать голубя, что въезжаем в леса, пусть готовят отряд для встречи, проверить кассу, выдать на расходы квартирьерам, отправить квартирьеров вперед - не забыть про охрану...
- Ох, отец... Какая же скучища и тягомотина... И вот так - каждый день. И что, теперь мне до конца жизни - так? Постоянные поездки, грязные ночлеги, умывание в реке, сельские девки, пересчет товара, недоверие ко всем, контроль и учет, учет и контроль... И все зачем? Затем, чтобы приехать домой, переночевать - и снова в путь? Как же это скучно и неинтересно... Вот жить бы, как вчерашний наш трактирщик, на пересечении дорог в своем трактире. Встречать проезжающих, слушать рассказы, знать все и обо всех, писать книгу о приключениях со слов путешественников, завести себе жену, детей кучу, ходить с ними в лес по грибы и ягоды...
...
- Джек, тудыть твою и растудыть! Ты почему еще спишь? Ты почему спишь, скотина? Ты почему...
- А-а-а,- вскочил Джек на своем топчане, получив по мягкому месту розгой. Отец у него раньше служил в армии, дослужился до сержанта. После отставки на накопленные деньги купил трактир. А вот повадки остались сержантские. Розги, палки, беспрекословное выполнение приказов... Зато трактир славился по всей округе своей чистотой и вкусными обедами.
- Больно, па!- он почесался.- Слышу я, слышу!
- Будет еще больнее! Ты что, забывать стал свои обязанности? Точно, сожгу все книги - один вред от них. Быстро умываться - и за дело! Проследишь за уборкой, поглядишь, как там помыли посуду, отберешь у крестьян пару овец на жаркое, да не так, как вчера, а посвежее, помоложе выбирай, чтобы ребрышки после жарки были мягкие и сочные! Потом сходишь с Михой на рынок, принесете овощей и зелени. Потом посчитай, что у нас там с вином и пивом. Потом рассчитайся со сторожем - он уже полчаса ждет у кассы. Потом сходи на конюшню - чтобы было там чисто и солома свежая. Потом начисть до блеска краны, потом обновить надо вывеску, потом...
- Ох, па... Уже иду,- совершенно убитым тоном прервал он отца.- Но как же это скучно - каждый день одно и то же. С самого, извиняюсь, с ранья. И до самой ночи. А то и до утра... Голова не варит. Все двоится. Ни почитать, ни посидеть минуту. Даже на любовь времени не остается. Изо дня в день, изо дня в день... Такая скучища и тягомотина. Вон, даже простому крестьянину, хоть и тому же Питеру, что пил пиво до ночи - ему в сто раз легче и интереснее жить. У него есть четыре времени года, у него есть его поле, есть природа вокруг, есть урожай... А у нас - такая скучища!
...
- Ах!- вскочил, отплевываясь, Питер с сундука, на котором спал.- Ты что, батя, охренел?
- Я охренел? Вот сейчас возьму грабли, да поломаю о твою спину, бездельник! Солнце уже встает, а ты еще спишь? Какой ты, к чертям собачьим, крестьянин? Ты пьяница беспутный, забывший свои обязанности перед семьей и перед богом!
- Да какой пьяница-то... Одна кружка пива раз в неделю...
- Вот именно! Каждую неделю - что это, если не пьяница? А нам сегодня травы косить - вот квитанция от лесника, по опушкам разрешено. Нам сегодня после этого надо еще успеть вернуться и накормить-напоить всю скотину. Днем-то она попасется в общинном стаде, а вот вечером и перед ночью... Значит, надо кормов задать. Коров подоить всех - мамка одна не справится. Приготовить к утру товар для рынка и то, что отвезем в замок за защиту. А там уже и время будет бороновать, а потом...
- Вот же, угораздило крестьянским сыном родиться,- бурчал Питер, собираясь. Хотя, что там было собираться? Подпоясал рубаху, в которой спал, повесил на плечо холщовую суму, в которую кинул луковицу да кусок хлеба, и выскочил за отцом на улицу.
- Ну, и где твое солнце?
- Я не сказал, что оно встало. Я сказал, что оно встает. Вон там, видишь, край неба уже посветлел?
- Черт-черт-черт...
- Не чертыхайся!
- Как же мне надоела эта идиотская жизнь! Этот повседневный идиотизм сельской жизни, как говорят умные люди...
- А кто их кормит, умных людей? Мы! На нс вся земля держится, понял?
- Да это ясно... Но как же скучно, батя! Какая же скучища год за годом, день за днем делать одно и то же. Встречать рассветы в полях. Зимой перебиваться мелкими заработками. Летом не спать почти. Осенью жениться, плодить новых крестьян. И опять - поля, вонючая скотина, мозоли на руках... И пустая голова на плечах. Задуматься некогда. А ведь есть такие люди - писатели. Они пишут книги, описывают разные страны и континенты, приключения. Еще можно сказки писать. Сидишь, в окошко смотришь, и пишешь сказку - представляешь?
...
- Какая же скучища и тягомотина!- вскричал резким козлиным голосом писатель, бросая в угол перо.- Как же мне все это надоело! Выдумывать, мучиться, сидеть каждый день до твердых мозолей на заднице, до головной боли, писать всю эту муру, которая по большому счету никому не нужна... Эх... Вот ведь, некоторые - подвиги совершают, девиц освобождают, драконов бьют, разбойников разгоняют... И все их знают, любят, уважают... Не то, что меня. Ну, кому я нужен со своими сказками-рассказками? Что за жизнь? Каждый день. каждый божий день - за стол. И как приговоренный, как прикованный, как раб на галерах: писать, писать, писать, писать... Ох... Скучища. Скучища и тягомотина. Нет в жизни счастья...


Тема задана svipride
Tags: 2009, Рассказ, Сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments