ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Мне напомнили, что надо же дописать до Нового года

Здесь начало.
Продолжение
И еще продолжение
И еще продолжение - Сашка
И еще продолжение - Женька
И еще - про Сашку



- Ага!- закричала Сашка.- Ага! Я все видела! Вы ели желтый снег!
- Дура! Это мороженое!
- Вам же говорили, нельзя есть желтый снег,- кричала она во всю глотку, боком-боком продвигаясь к самому краю.
И когда Пашка с Петькой, переглянувшись, стали потихоньку расходиться, чтобы зажать ее в клещи, она взвизгнула громко и звонко и, пригнувшись, ринулась вниз на своих коротких лыжах. Для бега, для гладкого бега по лыжне, обычно лыжи выбирали так, чтобы вытянутой вверх рукой доставать их конец. А вот если по плечо, да легкие, пластиковые, да верткие такие, да чуть пошире беговых... Ух, как Сашка неслась в клубах снежной пыли по крутому склону старой балки наискосок и вниз к замерзшему ручью! Пашка перевалился через край и полетел прямо, по крутизне. А Петька прикинул, что и как, и стал съезжать потихоньку боком, в сторону, чтобы перехватить Сашку у ручья.
Ну, и что... Ну и поваляли немного. И не больно вовсе. Снег такой белый, мягкий, пушистый... Лыжи целы, сама цела - чего бабушка опять ворчит?
Сашка сидела в жарком парном мареве маленькой баньки и грелась.
А вот еще можно кататься просто в тазу. Вытащить его на горку, сесть - и вперед. Там такое гладкое дно, что слетаешь, как на летающей тарелке.
Или от стройки, от мусора, что еще не увезли, притащить кусок задеревеневшего на морозе линолеума. Загнешь передний край вверх, и - у-у-ух!
Раньше, говорят, делали "ледянки". Надо было валенок макать в воду, а потом выставлять на мороз, в сени. И потом опять макать и снова выставлять. Валенок получался толстый, тяжелый, и гладкий на подошвах от льда. С горок вот так и катались, стоя.
Валенок у Сашки не было. Валенки только у бабушки были. вернее, полуваленки - она в них по дому ходила, чтобы ноги не студить.
Сашка грелась и потела. Кожа стала красная-красная. Она схватила кусок мыла: надо поскорее помыться, а то сейчас бабушка начнет хлестать веником, и тогда это надолго. А хотелось еще вечером поговорить с учителем. Она хотела наделать открыток и подарить всем одногруппникам. И Петьке с Пашкой, и Мишке, и Светке тоже, хоть она и задается своей красотой...
Сашка опять замерла. Красивая Светка! Такая красивая! У нее ярко-синие глаза. У нее черные пречерные волосы длиной ниже пояса. У нее коса из тех волос - толщиной с Сашкину руку. А у Сашки волосы светленькие, легкие, пушистые. "Одуванчик"- говорила мама. Вчера был мэйл от папы. Он, как всегда очень четко и подробно, описывал, как они работают и главное сказал, что отпуск им дают, и что вот-вот, и что если не на сам Новый год, то все равно зимой. Значит, они побегают на лыжах, покатаются с горки, поиграют в снежки... А мама будет стоять наверху и смеяться в голос, повторяя, что вот же - дети. Настоящие дети!
- Иди уж,- раздалось приоткрывшейся двери в предбанник.- Мы тут с Митревной посидим, косточки погреем. Поболтаем о своем...
- Добрый вечер, баб Мань!- крикнула Сашка, проскальзывая под бабушкиной рукой.
- Ух, ты какая выросла-то! мать и не узнает, когда приедет! Чем ты ее кормишь, мой-то Мишка все мелкий какой-то...
- Это потому, баб Мань, что девочки взрослеют раньше! Нам объясняли,- рассмеялась Сашка, вытираясь большим легким специально банным полотенцем, вптывающим влагу, как сухая губка.
Сашка задумалась о губке, не переставая одеваться. Губка - она же растение и животное. И потом, губки у них тут не водятся. И если так написать, то кажут, чтопогналась за красивостью, но использовала неверное сравнение. В песок? Нет, когда капля дождя падает на песок, она не исчезает сразу, а сначала сворачивается в комочек, покрытй черной влажной поылью, а потом уже впитывается. А вот полотенце впитывает влагу, наверное, как яблоня в жаркий полдень, в самую жару, когда кидаешь шланг к ее корням и открываешь кран. Вода чуть ли не шипит, вытекая, впитываясь в горячую растрескавшуюся землю.
Она вышла из баньки и вдохнула синий морозный воздух.
Чуть подморозило, и под ногами снег скрипел, как канифоль, которой натирают смычок скрипки. Сашка не играла сама, но Мишка на всех концертах выступал, и она ему даже помогала и сама ш-ш-ших, ш-ш-ших натирала смычок вкусно пахнущей канифолью.
А Сашка больше любила театр. В студии, когда они представляли что-нибудь, ей всегда давали подвижные роли.
Играли они спектакли в бывшей церкви. Очень старой, помнящей все войны, заново восстановленной, побеленной, получившей синий в золотых звездах купол. Справа там был зал, а слева комнаты для студий и кружков, и еще библиотека с настоящими книгами. Эти книги на руки не давали - надо было читать здесь, под присмотром батюшки. Его было положено звать по имени-отчеству, но Сашка с ним дружила и называла просто "батюшкой". Он носил рясу и красивый блестящий крест. И присматривал за церковью и сидел в библиотеке.
Сашка приставала к нему, начитавшись книг:
- Батюшка, а что же ты тут в библиотеке, а в церкови не служишь?
- Моя работа - моя служба,- отвечал он легко и улыбчиво.- Тут, смотри, Александра, вера...
Он поднимал палец вверх, к куполу.
- А вот тут - знание.
Обводил тем же пальцем вокруг себя, на полки показывал.
- И я так скажу, что вера со знанием - они вполне могут ужиться.
- Но ты же не служишь все равно? По-настоящему?
- А кому?- удивлялся батюшка.- У нас даже бабки - грамотные. Они вон даже на Пасху не в церковь идут, а, понимаешь, в библиотеку. А я как раз тут. Кому слово скажу, кому - два. Кого выслушаю, кого вразумлю. Вот и служба моя. А не в том она, чтобы в золоте кругами ходить и кадилом махать.
- И кадило у тебя есть,- с восхищением спрашивала Сашка.
- Все есть, Александра. А иначе - какой же я баюшка?- смеялся он.
Сашка сидела перед коммом и ждала сеанса связи с учителем. Он принял вызов, но сообщил, что - пять минут. Значит, пять минут. У него все строго и точно. Ну, вот. Экран мигнул. Учитель улыбнулся с него:
- Что Саш, в бане была?
- Ага, грелась.
- Ну и правильно. Баня - она вещь полезная, а уж зимой - вдвое.
Вот и все, в сущности, что он сказал не по делу, а Сашке сразу стало тепло и приятно разговаривать. Как с родным почти.
А учитель разобрал ее последние работы, похвалил за "этнографичность и реалистичность", дал направление, объяснил, в чем Сашка еще путалась, скинул ей на диск задание, обсудил подробно и со вниманием вслушиваясь, варианты разных занятий. Посмеялся с ней вместе, когда она рассказывала о сегодняшней схватке с братьями.
- Ты не поссорилась с ними?- насторожился.
- Да вы что! Мы же.. Мы же друзья на всю жизнь!- чуть не закричала Сашка.- Да у нас такие отношения!
Учитель смеялся, а потом перевел взгляд и поздоровался Сашке за спину.
Сашка не успела оглянуться, как на нее налетели со спины, обняли, прижали к холодному, поцеловали в губы сладко и ароматно, а потом папка подхватил ее на руки, как маленькую, и стал кидать вверх, а она визжала в голос и счастливо хохотала до изнеможения.
Вот это будет Новый год!
С родителями, с бабушкой, с друзьями, со снегом, с Дедом Морозом!
Tags: Графомания
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments