ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Сны

Коридоры были длинные и пустые. Пустые – это как раз хорошо, потому что непередаваемое чувство опасности, когда начинают шевелиться волосы на затылке, а мышцы вдруг напрягаются, и замираешь, «как статуй», вот такого не было. То есть, страшно, конечно, но не так, чтобы до мурашек и замирания сердца, как будто падаешь с высоты.
Стас шел медленно, осматривая пол и все вокруг. Быстро бегать – себя потерять. Да и мало ли, вдруг что полезное попадется!

Полезное не попадалось. Были длинные пыльные коридоры со стенами, когда-то покрашенными стандартной густой синей краской. Краска теперь вся вздулась и опадала хлопьями. Но Стас шел точно посередине коридора, и в те хлопья не вступал.
Цель не помнилась, но так всегда бывает. Конечно, во сне всегда так бывает! Потому он хоть и боялся, но все же не до смерти. Главное было – помнить, что все это во сне.
Он мог смотреть сны, как длинный сериал. Если лечь и самому себе заказать продолжение, то получишь следующую серию. И «жутики» Стас любил. Они гоняли кровь, и вообще поднимали настроение.
А сейчас он медленно шел ровно посередине коридора, внимательно смотря под ноги и по сторонам.
Дверь справа впереди открыта. Из нее льется свет. Там окно.
Стас осторожно и совершенно бесшумно подошел и заглянул – так, чуть-чуть, только краем глаза. Тут же отпрянул, оценивая ситуацию. Значит, большой зал. Панорамное окно. Стекла нет давно. Зато есть письменные столы по кругу и какие-то шкафы вдали. И – ни звука.
Он подумал немного. Но ведь – столы! И еще шкафы!
Легко-легко, на цыпочках, вполуприсядя, прокрался по стенке в зал. Осмотрелся. Тут ощущение опасности было выше. Возможно, из-за большого пространства и этого огромного окна. Оно смотрело прямо в небо, и было понятно, что находишься где-то высоко. Ни деревьев не видно, ни других зданий.
Стас начал с крайнего стола. Вытянул ящик, морщась от скрипа. Постоял, прислушиваясь. Вроде, обошлось.
В каком смысле обошлось, и что могло произойти, он не знал и не думал об этом. Потому что – сон. Потому что во сне никакой логики не бывает.
Обошел по кругу все столы, рассматривая содержимое ящиков и полок. Потом открыл шкаф, стоящий в углу.
Как и положено во сне, все ящики были пусты, а в шкафу на полках была белесая нетронутая пыль.
Стас нарисовал крест на этой пыли, вытер палец о куртку. Только теперь обратил внимание, что куртка просто нереально прекрасна. То есть, для сна – прекрасна. Она была старой камуфляжной, но еще крепкой и не промасленной, не жирной, как бывает, если долго носить одежду. Почти новая. Хорошая куртка. Наверное, где-то повезло наткнуться на склад. Или еще что. Сон не давал ответа на вопросы. Он только показывал картинку.
Говорят, что сны – это отражение реалий. Это просто мозг не спит, что-то там себе перерабатывает, раскладывает по полочкам, а человек в это время видит странные сны.
Стараясь на всякий случай не поворачиваться спиной к окну, Стас вышел в коридор. Чувство опасности сразу чуть-чуть притухло. Стало меньше. Это хорошо. Хотя, с другой стороны, настоящая жуть должна быть страшной. А тут же – ничего ужасного. Тишина и пустота. И что?
Он пошел дальше, осматриваясь и вслушиваясь. Коридоры сменялись другими коридорами. Лестницы темные менялись лестницами, освещенными через выбитые рамы. Под ногами иногда похрустывало. Но не громко.
Один раз встретилась россыпь гильз. Стас сел на корточки, перебирал гильзы, нюхал, пытаясь по запаху определит, давно ли отстреляно. Девять миллиметров. Пузанчики. Это кто-то из охраны, скорее всего. И уже не пахнет горелым порохом. Очень давнишние гильзы. А вот найти бы того охранника…
Из-за угла торчала маска противогаза.
Вот и жуть, чуть не обрадовался Стас. Потом стал красться, замирая после каждого шага. Заглянул за угол – просто противогаз. Очень старый. Резина ломкая, хрупкая. Никуда не нужная. А вот сумка противогазная из старого брезента – еще очень и очень хороша.
Ел ли он, пил ли он – как-то ускользало из памяти. Хотя, во сне и не положено. Даже если спать ляжешь голодным, снится не еда. Снятся всякие красивые и яркие сны. Вот и тут – все яркое. А про еду и питье – ни гу-гу.
Прямо тут, под стеной, в дальнем углу, прилег, подняв воротник и уткнувшись в него носом. Спать, спать…
Спать? Во сне – спать? Что за фигня?

- А ты помнишь,- спросил Мишка.- Ну, насчет снов. Ты рассказывал, что видишь как будто сериал.
- Именно. Уж не знаю, как поучается, но заказываю продолжение – смотрю продолжение. Иногда такой многосерийник получается! С приключениями, с жутью настоящей. Цветной и с полным эффектом присутствия. Нет, правда!
Мишка завистливо вздыхал. У него сны были редкими. А когда они все же были, Мишка не мог вспомнить, что снилось. Потом утром ходил, как вареный, нога за ногу, все пытался вспомнить – что же там такое было интересное, в этом сне?
- Стасик!- кричала снизу сестра.- Идите с Мишкой завтракать! Скорее идите, а то эти гости – они же такие проглоты!
- Ы!- кричали гости и что-то с хрустом смачно жевали.

Стас вздрогнул, вскочил и кинулся в дверь. Такие звуки… Это жуть какая-то. Треск. Влажный треск раздираемой плоти. Хруст разгрызаемых костей. Нечленораздельное «Ы-ы-ы!».
Бегом, бегом!
Вот оно, настоящее! До холодной спины, до сердца, выпрыгивающего из груди, до рта, раскрытого в неслышном крике – шуметь нельзя!
Бегом по коридору, скатиться по лестнице вниз, не останавливаясь, пересечь улицу, забиться в тень проулка, и только оттуда посмотреть назад. Вроде, оторвался. Вроде, не нашумел. Никто не гнался сзади.
И тут зашелестело в тени. Потянулись зеленые усы, неуверенно ощупывая старинную мостовую, поднялось что-то, пахнущее крапивой и тухлой водой…
- А-а-а!- закричал Стас.
Дернулся обратно, к свету. Споткнулся, вылетел на середину узкой улицы, упал на спину, ударился головой. Боль и чернота.

- А ужасы снятся?
- Ха! Это самый кайф! Это вот когда девчонки и все такое – так это дурацкий сон. А вот ужасы, постапокалипсис, всякие страхи – это как кино посмотреть. Просто вот – ух!
- Черт… А мне ничего не снится.
- Это тебе только кажется. На самом деле сны видят все. Просто не все их запоминают. Мне вот часто снится море. Пляж такой, понимаешь. Солнце горячее. Что-то такое хорошее-хорошее снится. И тебе тоже снится – это обязательно. Просто ты не помнишь потом.

Это не страшно…
Нет, то есть, страшно, конечно. Руки и ноги оказались связаны зелеными побегами. Стаса потихоньку тащило в тень переулка.
- Ы!- крича кто-то сзади.
И это тоже было страшно.
Стас начал бояться по-настоящему. Это когда – все. То есть, совсем все. И сердце замирает, и руки-ноги отнимаются, и мороз по коже. Как в хорошем кино, в общем.
Зеленый ус поднялся и воткнулся в падении Стасу в ногу. Боли совсем не было. Было чувство онемения, теплого онемения в ноге. Потом оно стало подниматься выше и выше. Мышцы расслабились. Успокоилось дыхание. Стас наблюдал. Просто наблюдал, как в игре. Как во сне. То есть это же и был сон!
Теплая волна достигла шеи, и он отключился.

- Стасик,- кричала сестра.- Идите с Мишкой ужинать! А то эти гости – сам знаешь!
Они сидели с гостями, скрывающимися в полумраке большой столовой, за длинным столом. Говорили о чем-то хорошем и правильном. Мишка смеялся где-то рядом свежему анекдоту. Сестра подливала пиво в бокал. Было тепло и очень приятно. Это вам не сон какой-нибудь!

- Ы-ы-ы,- разочаровано сказал кто-то, смотря, как парализованное тело втягивается в огромный бутон.
- Ы!- прозвучало командой.
Слитные шлепки босых ног удалились в темноту, в которую погрузился город с заходом солнца.
Tags: 2014, Графомания, Рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments