ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Спасатели - вперед!

Мама работала в библиотеке. А Янка училась в школе.
Каждое утро, кроме выходных и праздничных дней, мама завтракала вместе с Янкой, а потом уходила в сеть. Их библиотека, как и все остальные, была районным филиалом государственной. То есть, «все остальные» - это как раз филиалы. А еще могли быть частные. Но они были локальными и влияния почти никакого не имели.
А Янка брала планшет и шла в школу.

Раньше, говорят, все было наоборот. Учились из дома по сети, а на работу ходили. Это, наверное, было здорово. Потому что утром, да еще если смена сезонов… Вот еще странно: всю природу уже победили и подчинили, а сезоны все равно меняются. И если лето – оно всем нравится, то осень или зима… Янка подумала и решила, что она бы жила там, в прошлом, у моря, где всегда лето. А в школу бы выходила через сеть. И оценки через сеть. И лекции всякие тоже. Еще она подумала, что надо не забыть и записать эту мысль. И развить. А еще украсить и сделать начало и конец, и как-то связать с современностью. Любой текст, учил их Петр Иванович, старый литератор, обязательно надо связывать с современностью. Пусть не напрямую, а намеком каким-то. Янка подумала, что вот это и есть намек – что в школу ходить не надо. И это может вызвать дискуссию. И это хорошо.
Нет, понятно, что раньше все хотели не ходить в школу, а пыриться в сеть. И даже, говорят, так однажды и сделали. Но потом что получилось? Получилось так, что учились все в сети, работали в сети, покупки делали тоже в сети. И развлечения все были в сети. И вообще все-все-все. То есть, не жизнь, а сеть, получается. И во-первых, как объяснили в школе, хуже стало здоровье нации. А во-вторых, как сказала мама, когда Янка спросила, не было социализации. Вот для здоровья и социализации ввели режим и обязательное посещение школы. Это потом, когда уже взрослый, когда сам за себя отвечаешь, можешь хоть вообще из дома не выходить. Это ты уже сам себе вредитель, и это твое личное дело. Но пока ты подрастающее поколение, в тебя стараются по максимум вложить здоровье, распорядок дня, привычки всякие полезные.
Янка подумала, что главная привычка у нее – это высыпаться по выходным. Это когда никуда не надо идти, можно валяться в постели до ломоты в боках и спине, и никто тебя не поднимает с раннего утра на зарядку и в школу. Потому что мама по выходным тоже отсыпается. Она на своей работе так уматывается, что спит без снов – так говорит. А в выходные спит со снами. И даже рассказывает потом. А Янка записывает.
Петр Иванович требует от них, чтобы ни дня без строчки. Некоторые, как Пашка, например, таки делают – ровно строчку. Чтобы не приставал никто. Но большинство пишет помногу. Потому что это развитие письменной речи, что пригодится в работе, а еще – та же социализация. Ты как бы всем рассказываешь что-то. А они отвечают. А если напишешь много, то твой текст появляется в районной библиотеке. И можно говорить всем, чтобы заходили и читали. Это уже уровень.
У Янки так несколько раз было. Раз она сон мамы расписала на пять страниц. А раз просто написала про школу. Там ведь если подробно писать, так целый роман может получиться. Им такой роман в музее показывали. Как раз про школу. Но тогда, в древности, писали на бумаге. Ну, сколько людей могло прочитать такой роман? Единицы? Вот в сети, да еще если попасть в библиотеку… Тут ведь, если интересно напишешь, тебя могут прочитать миллионы. А теоретически – миллиарды.
Янка даже остановилась. Миллиарды! Это же просто невозможно, какое большое число.
- Чо стоим, кого ждём? – спросили сзади.
Это Пашка подкрался незаметно.
Янка вздохнула и пошла дальше. Школа – вон. Уже видна. Теперь весь день там проведешь. В детстве, когда еще не все понимаешь, Янка говорила маме совершенно честно, что ходить в школу ей не тяжело. И из школы домой – не тяжело. А вот сидеть в школе – бр-р-р-р!
В школе, кроме уроков, были еще и внеклассные мероприятия. И вот тут-то прозвучало, что тексты из библиотек исчезают. Мол, кто-то полез посмотреть свой текст, а его там нет. Но ведь был!
- Янка, - сказал народ. – Ты бы как-нибудь тихонько спросила у своей матери. Что за дела? Старался, писал. Даже в библиотеку попал. А тут – раз, и нету текста. И что теперь? Снова писать, что ли? Это как работа получается. Натурально – работа. Может, сбой программный? А где тогда копия? Нет, Янка, ты точно узнай!
Вот поэтому вечером за ужином разговор вышел не о школе и отметках, а о маминой работе. Столько нового узнала!
А на другой день рассказала всем, кто интересовался:
- Есть такое правило, что если три месяца никто текст не открывал, то текст помечается «на удаление». И потом еще месяц просто в индексы не вставляется. Пролетает мимо. А еще потом – просто удаляется из библиотеки. Она же не безразмерная, в конце концов! И это не люди делают, а программа. Все чисто автоматически. Нет просмотров – до свидания…
Народ был просто ошеломлен.
А потом все шумели и кричали и чуть по столам не прыгали. И создали тайное общество по поддержке книг. Чтобы обмануть программу и сохранить литературу. И Янка тоже туда вступила. Потому что тоже хотела сохранять литературу. А Пашка, как самый громкий, стал вроде председателя в тайном обществе. Составили списки, разделили по буквам. И чтобы каждый, значит, заходил регулярно в библиотеку и открывал тексты. Сначала – всех своих. Это в первую очередь, чтобы своих. А потом и остальные. Тогда программа будет видеть, что тексты читаются, и не удалит. И литература сохранится. А Пашка еще сказал, что надо связаться с другими школами, а потом и с другими городами. Потому что если не мы, то кто возьмется за такое? А глупая программа просто вычистит всю культуру и литературу из библиотек. Что останется нашим детям?
Это так Пашка вещал. А девчонки краснели и хихикали. А парни ржали. Дураки.
Но вечером Янка выполняла норму по спасению литературы.
И на другой день – тоже.
И на третий.
Это ведь совсем не трудно: зайти в библиотеку, по фильтру найти те тексты, которые давно не открывались, кликнуть мышкой, вернуться, зайти в следующий…
А через неделю Пашка подводил итоги кампании. Спасли, сказал он, столько-то. Под угрозой – столько-то. Роботы проклятые жрут литературу! Но мы на стрёме, мы не просто так! Нас поддержали все три районные школы!
- А тебя, Янка, - сказал он, когда все стали расходиться, - я попрошу задержаться.
Она как раз торопилась домой, чтобы скорее поужинать, а потом…
- Ну? – спросила она.
Пашка помолчал, сурово глядя, а потом показал, как много текстов пропало из-за Янки. Потому что она редко кликает мышкой. Потому что ей в лом, что ли, поддержать народ, когда все вместе и разом.
- Когда мы едины, - сказал Пашка, - мы непобедимы. Понятно, Зайцева?
И это было даже как-то страшно – по фамилии. Как Петр Иванович, прямо.
Она стала говорить, что каждый вечер. И что вот сейчас торопилась домой, чтобы – в библиотеку. И что у нее свидетель есть – мама. Но говорила как-то неуверенно, как-то тихо. И глаза – вниз.
- Постой-постой, - сказал Пашка. – Так ты – что? Ты, может… Ты читаешь, что ли?
- Ага, - кивнула Янка, чуть не плача.
- Эх, ты… Мы здесь не для того, чтобы читать и удовольствие получать. Мы – чтобы спасать литературу! И чтобы писать литературу. Вот ты сколько текстов написала вчера?
- Я не успела. Я читала.
- А надо – писать!
И это – Пашка. Который – ни дня без строчки. А что еще скажет Петр Иванович, когда узнает?
Но Янка все слушала, все кивала, а сама ждала, когда можно будет бежать домой. Там поужинать, а потом – в библиотеку. Там такой прикольный текст. Как раз про школу, только не как у них сейчас, а как раньше. И там про старшеклассников, и про любовь, и про войну…
- Спасатели – вперед! – крикнул в конце Пашка.
И Янка побежала домой. Она решила быстро-быстро покликать мышкой, чтобы спасти литературу. А потом, думала она, можно будет открыть тот прикольный текст и прочитать, наконец, до самого конца. Потому что в очереди есть еще про единорогов, и еще про рыцарей и драконов. И еще много всего.
Но сначала – спасать литературу.
Tags: 2015, Графомания, Рассказ
Subscribe

  • Смотрю за окно

    Нет-нет, я нисколько не жалуюсь, как тут могут некоторые подумать! Я просто наблюдаю: Вчера перед сном надел черную фантассамблейную плотную…

  • Небо синее, солнце яркое

    Посмотрел на свою загорелую лысину, покрутил головой, ощущая перетекание внутри черепа - есть, есть мозги! - решил пойти еще погулять-позагорать.…

  • Время пришло

    Все. То есть, совсем - все. Погода не шепчет, она орёт громко и истерично: сидишь, орет, бухаешь, орет, а у самого окна не мыты, шторы не стираны,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments