ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Муркоки



- Что ты там про Муркока сказал? Книжку прочитал про Эрика, что ли? – Мишка оторвался от рассматривания листьев над головой.
- О. Проснулся он. Какие еще «эрики»? Я про муркоков!
Вечером сидели на скамеечке в сквере и пили пиво. Конечно, пиво пить было нельзя, потому что парням было всего по четырнадцать лет. Но они видели разные иностранные фильмы, знали порядки, поэтому держали бутылки в бумажных непрозрачных пакетах и нагло смотрели на взрослых прохожих. Пиво им выносил местный тихий алкоголик дядя Петя. Каждому по бутылке – и ему за это бутылка. Всё было по-честному, как положено.
- Не понял, - сказал Мишка. – Что за муркоки еще такие? Новое слово?
Витька размахивал руками и втолковывал что-то уже давно, но Мишка только сейчас сосредоточился и попытался понять суть разговора.
Во многих дворах среди высоких многоэтажек стоят непонятные кирпичные или железобетонные домики. Их еще красиво расписывают детскими картинками. На высоких железных дверях красные надписи, запрещающие входить и предупреждающие об опасности. Кстати, ручки у тех дверей отсутствуют, потянуть не за что, чтобы открыть. Они как бы только изнутри открываются. Так вот, Витька об этих вот непонятных сооружениях и говорил.
- Вот для чего они, знаете – нет?
- Подстанция электрическая? – лениво предположил Сашка. Он слышал это слово от отца. – Ну, или там генераторная какая-то. О! Вспомнил – трансформаторная!
- Да? А провода – где тогда? Зачем электрическая штуковина без проводов?
- Ну, может, под землей…
- Ага, ага. И когда строят новый дом, копают новую канаву и туда прячут провод? Ну, ладно, предположим. А где гудение? Знаешь, как гудят трансформаторы? Ого-го, как!
Мишка глотнул пива еще и предположил:
- А может, теплоцентраль или что там еще для нее? Насосная?
- Тоже бесшумная? И все равно без проводов? Насосы есть, к ним, значит, трубы под землей, и провода – тоже под землей? Сам-то веришь?
Мишка не то, чтобы верил. Он просто не задумывался никогда. Ну, стоят такие домушки посреди двора. Ну, значит, надо для чего-то. А Витька, видишь, копает глубоко, интересуется.
- Может, убежище? – все так же лениво спросил Сашка. – Батя говорил, раньше всегда убежища под домами были.
- Вот! Мне тоже родители так сказали. Но ручек-то на двери нет! Как открывать, в случае чего?
- Изнутри, - догадался Мишка.
- Йес! Есть такая буква! Значит, там кто-то внутри сидит, и когда надо – откроет! Правильно, да?
- Это, как ее, конспирология – вот, - Сашка знал много умных слов. – Нет там никого. Я вот лично ни разу не видел, чтобы кто входил или выходил.
- И никто не видел, - поддержал Мишка.
А Витька уже еле сдерживался, чтобы не подсказать, не выдать знание.
- Так если никто не видел, чтобы входили и выходили, но там кто-то есть, то – что?
- Что? – переспросил Мишка.
- То! Вы что, дебилы, что ли? Я же сказал – там муркоки! Кино старое помните про машину времени?
- Э-э-э… Морлоки, да?
- Мурлоки, муркоки – одно и то же. Никакой разницы. Вы просто вспоминайте, вспоминайте. А я вам еще вот что скажу: будущее – это именно здесь и сейчас. Я вот даже спросил бабушку специально, так она так и сказала – в будущем живем.
Мишка вспоминал фильм. Фильм был старый и прикольный. Там были эти, которые под землей сидят и выходят ночью, а еще те, которые днем ходят по улицам… И те этих жрали, в натуре. Жуть!
- Вот скажи, Мишка, - нагнетал Витька. – У тебя отец – кто?
- Директор.
- А мать?
- Менеджер.
- И у Сашки – менеджеры. И мои – не от станка. И вообще – ты хоть одного человека знаешь у нас во дворе, который работает у станка и называется пролетарием? А? Не знаешь? Потому что у нас – будущее. А в будущем эти – под землей. И никому не мешают. Ночью же выбираются наружу, и там уже держись!
- Так ты намекаешь…, - протянул Сашка.
- Никаких намеков, пацаны! Муркоки там, самые настоящие муркоки! И они по ночам тут лютуют всяко!
Пиво ли ударило в голову молодежи, гормоны ли, или просто так работает групповое сознание, но как-то вдруг шумно стали обсуждать уже на полном серьезе, в какое время эти самые подземные вылазят, почему взрослые о них никогда не говорят (из боязни или скрывают от подрастающего поколения, или вообще сами не знают, как животные какие-то), кто хранит секрет этих выходов из подземелья…
Ну и решили, в общем.
В десять часов вечера и ноль минут Мишка сидел на той же скамейке и ждал с некоторым нервным напряжением. Через пять минут пришел Витька и похвастался фонариком. Большой, на четыре батарейки. Как дубинка. У Мишки фонарика не было. Зато он взял отцовскую бейсбольную биту. В бейсбол тот не играл, но биту возил всегда с собой в машине. А когда ставил автомобиль на стоянку, забирал с собой домой.
Посидели еще пять минут. Потом Витька позвонил Сашке и услышал ленивое, что он уже не хочет, и все это фигня, а даже если и не фигня, то у него, у Сашки, дверь сейфовая, а в компьютере новая игра, и пошло оно… И так далее.
- Сдрейфил, - сказал Мишка.
На самом деле, он тоже дрейфил. То есть трусил. Но не показывать же другу Витьке. Тем более, Сашки нет – что теперь, Витьке одному на муркоков идти? Дружба – это ведь такая вещь… Поэтому Мишка встал со скамейки, махнул пару раз битой, а потом сказал:
- Ну, чо, пошли.
И они пошли. Очень осторожно. Оглядываясь, чтобы никто не подобрался сзади. Дойдя до этой непонятной постройки со стенами расписанными синим морем и розовым восходом, стали прислушиваться, прижимаясь ухом к дверям – настоящим воротам – крашенным просто серым.
- Рано еще, - сказал Витька. – По правилам всё начинается в полночь.
Мишка тоже это знал. Но до полночи было далеко. А еще было не совсем понятно: вот они дождутся полуночи, распахнутся открытые изнутри двери, хлынут на улицу эти самые «муркоки»… И что?
- Так мы-то что делать будем? – спросил он.
И тут сзади рявкнул грубый голос:
- Стоять, бояться, дубинку кинь, руки на голову!
И включился яркий свет.
Кто бы не выполнил? Стояли. Боялись. Все, что в руках – выронили. Руки за голову заложили. Жмурились от света в лицо.
- Вот ты смотри, а ведь не обманула старая. Точно какие-то тут лазят… Чего ищем ночью? А? Здоровья стало слишком мало?
Подошли двое в черном. Смотрели с интересом. Большие, взрослые.
Тут Мишка и признался:
- Муркоков ловим. Потому что будущее.
Тот, что выглядел покрепче, начал разоряться:
- Петрович, ты слышал? Они муркоков ловят! Лет тебе сколько, охотник на муркоков? Четырнадцать? И кто бы тебе лицензию выдал на такое дело? Вот жди шестнадцати, потом придешь в отдел за разрешением. А то – ишь каждый тут начнет по муркокам… А ну, подобрали свои вещи, и бегом! Бегом, я сказал! А то загребем, привлечем, и будет больно, стыдно и обидно.
Мишка с Витькой отбежали за угол, но было еще слышно:
- Так что, Петрович, как думаешь, мы и правда в будущем живем, что ли?
- А как же. В прошлом-то я кто был? Простой учитель. А теперь я, выходит, кто? А? Гоняю тут охотников на муркоков. Типичное будущее, тьфу!
На бегу Витька еще пихнул Мишку локтем в бок и мотнул головой: мол, слышал, да? А тот только рукой махнул на бегу. Той, которая без биты. Просто махнул: мол, сам понимаю теперь.
А ведь молодец Витька, выходит. Всё правильно раскопал и догадался.
Но опять – возраст. Во всем виноват возраст. Надо скорее взрослеть, а уж тогда…
Tags: Графомания, Рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments