ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Мстители

Тысяча с небольшим слов какой-то фэнтезятины.

- Прошу прощения, ваше величество!
- Нет, это вы меня простите. Не сдержался. Так что там и как получилось?
- Следствие выявило недисциплинированность и неисполнительность охранных частей вашего величества. Вот список виновных…
- И что? Как их теперь пугать, этих неисполнительных? Сразу на кол? Или головы рубить и развешивать на стенах в клетках от ворон? Ну? Да не молчите вы, подробности мне, подробности…
Королевство было маленькое. Что так мерять по карте поперек, что этак – все равно выходило, что не больше недели для верхового от границы до границы. Правда, на самом деле, не на карте, не по шнурку, дорога могла занять и месяц. Потому что, во-первых, королевство было горным. Кстати, поэтому оно и сохранялось до сих пор. Кто бы из великих не начинал войну за присоединение еще клочка территории, королевство всегда отбивалось, отсиживалось в горных долинах за высокими хребтами и узкими перевалами. Для защиты перевалов в старинных, дикого камня, башнях хватало небольших пограничных гарнизонов. Но и вширь расти было некуда – там, на равнине, судьбу сражения решали большие батальоны. Поэтому практически в одних границах последние триста лет. Вот от этого хребта до вот этого на карте. И городки вот россыпью: что ни долина, так и городок. И мелочь точечная деревушек, кормящих его.
И чума.
То ли подкупив, то ли усыпив всякой гадостью или магией какой-то прокрались неизвестные к чумному кургану, который как раз стража и охраняла, гоняя собак и любопытствующих, и извлекли несколько полуистлевших тел. Мало того – увезли с собой. Куда увезли – так пока и не ясно. Ясно одно: опять надо поднимать армию, опять караулить, и при первой же чумной вспышке устраивать карантин. Да хоть и на целый город или на целую долину. Потому что тесно живет народ, плотно – климат и земля плодородная позволяют. Так любая зараза, что оспа, что вдруг холера, что чума – сразу и ярко.
- Так-таки и неизвестные?
- Неизвестные. Не можем даже догадаться, кто и для чего…
- Это что же – вскрывать теперь весь курган, раскладывать и опознавать, что ли? А потом и тех, кто вскрывал – в карантин? Кстати, с охранниками как решили?
- Уже в бараках. Под строгим присмотром.
- Окружающие державы предупреждены? Чтобы не вздумали тут вдруг воспользоваться и войной пойти невзначай…
- Так пока не о чем предупреждать. Нет пока чумы.
- А будет ли?
- Обязательно будет.
- Вот и предупредите всех заранее. Чтобы и не думали лезть – зараза у нас. И пограничную стражу поднять, запереть перевалы – чтобы никто не выскочил. И охранные части. И армию – в кулак. Чтобы не месяцами, а в считанные дни могли успеть в любую сторону.
- Будет исполнено. И все же – насчет ответственности руководства неисполнительного…
- Вот же настойчивый. Ладно. Бери охранку под себя. В связи с чрезвычайным положением.

- А вот теперь и поговорим…
Это был не бой – бойня. И зачем было брать с собой этих идиотов из охранки? Лучше бы эскадрон тяжелой конницы, чтобы не постреляли издали. И еще батальон тяжелой же пехоты. Чтобы уж наверняка. А тут вышло совсем паршиво. Дерево упало впереди. Дерево упало позади. И началось методичное избиение и отстрел не готовых ни к чему легковооруженных стражников, которые даже кольчуги и шлемы везли на телегах.
С другой стороны, а зачем бы им тащить все на себе, обливаться потом, мучиться, когда следуют в походном порядке по своей же земле, да после исполнения своей боевой задачи, поставленной командованием. За премиями идут и за отпуском по времени и состоянию здоровья. Чуть пьяные, но не до такой степени, чтобы ничего не понимать… Но вот охранение выставить передовое. Да боковое, а по-умному если – фланговое… Да зачем бы? По своей земле шагаем! С чумой справились! Ура нам, ура его величеству и ура командирам!
Вот и напоролись. Что за разбойники завелись, что не боятся ничего и никого? И откуда бы? Давно уже никто разбоем не промышляет: торговать, да землю копать выгоднее получается. Или еще, если ни к чему руки не прилагаются – в охрану. Там жизнь сытная, работа понятная. Это тебе не армия – которая в бой идет. Охрана – она сзади. Это вот склады охранять. Тюрьмы разные. Или вот – города карантинные и деревни. Нормальная работа. И очень нужная.
Тех, кто шел с мечами и кинулся в кусты – отстрелили сразу. Арбалеты у них, которые напали не понять с чего, мощные – пробивает насквозь. Потом за тех взялись, которые за телегами укрылись и пытались кольчуги-поножи-шлемы и все такое… Поздно, не успеть. Это все надо до боя надевать. А уж когда началось…
Да и не бой это – избиение.

- Вот, командир, эти под телегами лежали, прятались.
- Очень хорошо, что живых взяли. Это просто очень хорошо. Собирай всех своих, зови соседей – судить будем. По всей строгости и по отцовским и дедовым заветам.
Через полчаса кучка избитых, в которых уже не опознать королевских стражников, стояла под быстро и умело сооруженной виселицей.
- В чем нас обвиняют? – хрипел командир.
То есть, бывший командир. Теперь он уже был – никто. И звать его было – никак. И никто не спрашивал его имени и звания. И про награды не спрашивал никто.
- Я! Можно – я! – кричала какая-то девчонка из задних рядов.
- Можно, пропустите, - кивали убеленные сединами старцы, приведенные к месту суда и будущей казни. А что именно казнь – было понятно сразу. Виселицы просто так не строят. Да еще такого размера, что ясно – на всех оставшихся в живых.
- Эти вот, я их помню! Они не пускали меня домой! А когда мама с сестрами пошла мне навстречу, то ругались, а потом стреляли. И дом наш, что под стеной стоял – сожгли!
Старцы кивали, наклонялись друг к другу, перешептывались и грозно смотрели на кучку бывших королевских стражников.
- Это была чума…, - хрипел бывший командир.
- Но убила их не чума, а вы. Вот и воздастся вам по делам вашим.
Девчонка плюнула в их сторону и вернулась на место. Поднялся один из тех, что командовал боевиками:
- И я скажу. Они сожгли нашу деревню, убили всех жителей и закопали тела без обряда – в простой яме, насыпав сверху курган.
- Это была чума…, - хрипел бывший командир.
- Но убила их не чума, а ты и такие же, как ты. И теперь ты узнаешь, каково это – умирать, не чувствуя вины. Или ты вину свою чувствуешь?
- Дали бы хоть помолиться…
- А моей жене ты дал помолиться? А детям?
- Так ведь – чума!
Старцы пошептались еще. А потом один из них стал говорить совсем тихо. Но слова его повторяли громко, чтобы слышали все:
- По всем законам гор – кровь за кровь. Жизнь за жизнь. Они убили. Теперь убьем их. И не станет долгой кровной мести. И станет правильно.
- Это была чума, - безнадежно шептал потерявший голос бывший командир стражи.
Все было обыденно и просто. Шаг на чурбачок, заботливо подставленный под ноги. Петля на шею. Чуть подтянуть. Узел в сторону и за ухо, чтобы не мешал смотреть на лицо. Потом тот чурбачок – из-под ног. И под одобрительные крики – следующий.

- А теперь надо поехать, найти в том кургане своих и похоронить по всем правилам. Я же иначе жить не смогу.
- Мы с тобой, атаман!
Tags: Графомания, Рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments