ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Category:

Чума

- Народ, чьи прививки в холодильнике? Или забирайте и идите в приемную - там ставят - или выкинем. Все же холодильник для еды, а не для этого.

Прививки от гриппа были бесплатными. Привозили всем, по общему списку. Медсестра по очереди вкалывала вакцину одноразовым шприцем.

Некоторые отказывались - принципиальные такие. Тогда лишнее никуда не сдавалось и не выкидывалось - уносилось домой родственникам и детям.

- Андрюш, ну, ты чего? Будешь тут нам бациллу распространять! Иди уж...

- Не бациллу, а вирус, - пробормотал Андрей, выходя в коридор.

Ну, правда, сколько можно поправлять? Вроде, у всех высшее образование, а такого лепят иногда! То дюжину считают десятком, то вот вирус - бациллой...

Наутро после прививки были все признаки типичного гриппа. Ломало кости, болела голова. Да еще и насморк начался жесточайший. А на работу все равно надо идти. Потому что это не болезнь, а просто реакция организма. И вообще от прививок болезни быть не может. Там вирус ослабленный.

В темном подъехде на слабых ногах Андрей споткнулся о порог, попытался схватиться рукой за дверной косяк, но промахнулся, и со всего маху плашмя рухнул на бетонное крыльцо. Последнее, что помнил - это приближающаяся к глазам стальная решетка, лежащая для очистки обуви. Удар... И все.
...
- Для начала, молодой человек, хотел бы услышать от вас символ веры. И хотя бы «Отче наш» прочитайте вслух громко и с выражением...

Андрей поднял голову. Голова болела. Кости ломало. Из носа текло и текло. Слева грел камин, в котором на решетке лежали страшные крючья и клещи. Снизу по ногам тянуло холодом осенней улицы. Он забился в оковах, вдохнул глубоко и громко неинтеллигентно чихнул.

- Или вам надо помочь, освежить как-то память? Молчите? Похоже, коллеги, это именно наш подследственный.

А прямо перед Андреем стоял невысокий стол, за которым скрючился писец в рясе. Чуть сбоку стоял задающий вопросы. Тоже монах. Ряса до полу, капбшон наброшен на голову. Тепло ему, наверное.

Андрей снова чихнул, пытаясь одновременно понять, что... Что понять? Это как? Книжек перечитал, что ли?

- А вот молчать тут нельзя, нельзя...

Сзади кто-то мягко взял за руку, и вдруг обжигающая боль как будтопроткнула насквозь - от мизинца до затылка.

- А-а-а! - закричал Андрей, пытаясь хоть как-то поддастся, наклониться к зажатому клещами пальцу, снизить давление и боль, отдернуть руку. Но оковы и ремни были крепки.

- Вот, видите, у него есть голос и есть язык. Он должен говорить. Вот мы сейчас проверим, как он относится к честному освященному железу...

- Не надо! Не надо железа! Я скажу!

- И это запишите: освященного железа боится. Ну, так что ты нам скажешь, грешник?

- Я болен! - закричал Андрей, вдруг придумавший, как ему показалось, выигрышный ход. - У меня это... Чума! Да! У меня чума! Поэтому я теряю память!

Больно стало всей руке. От ногтей до плеча - одна боль. И только хрип, потому что на крик просто не хватает воздуха.

- Не надо нас обманывать. Продолжим.

Очнулся Андрей в темноте и спертой вони. Со стоном боли и ужаса. Он читал про попаданцев, но это же была просто фантастика. Так ведь не бывает? В огромной камере кашляли и чихали, дрожали от холода и страдали от жара... Сколько? Совсем ведь ничего не видно.
Колеблющийся свет проявил каменный зал, решетку, отгораживающую его от коридора, по которому приближались тюремщики.

Лязгнула дверь. Двое подхватили Андрея под руки и вытащили из камеры. Ему оставалось только перебирать ногами.

Допрашивал сегодня другой. А писарь шмыгал носом, вздрагивал время от времени и пил много воды. зачерпывая ее кружкой из ведра.
Опять было больно. Обидно же было, что ничего сказать Андрей не мог. Просто не знал, как и что отвечать. Одна мысль билась в голове: а ведь понимает он всех, то есть язык, как и в книжках - сам собой. Теперь, выходит, знал два языка - русский и этот... Теперь взялись за правую руку. Пока снова не потерял сознание.

Очнулся снова в темноте. Но теперь в тишине. И это радовало. Всегда страшно знать, что кто-то еще есть рядом с тобой, но ты не можешь знать, где он и что задумал по отношению к тебе. Тем более - в тюрьме. Тут особые порядки, другая жизнь... Но теперь, кажется, он в одиночной камере. Ни звука вокруг, ни вздоха.

Андрей по памяти подполз к решетке, ощупал ее, проследил до стены. Нащупал ведро с водой и напился. Есть не хотелось. Болело всё. Наверное, поднялась температура. Это бывает при заражении крови, он помнил из книг. А заражение тогда лечили просто - отсечением конечностей и прижиганием ран огнем. Андрея резко замутило, желудок отдал выпитое обратно.

Он снова напился, отполз чуть в сторону по шуршащей соломе и то ли провалился в болезненное беспамятство, то ли просто заснул.
Проснулся в серых сумерках. Наверное, на улице был яркий день. Тут зато стало хоть что-то видно. Вокруг под стенами сидели и лежали люди. Они молчали, не двигались, и кажется даже не дышали. Андрей долго пытался поймать хоть тень движения, потом потихоньку, по полшага приблизился к ближайшему, дотронулся до плеча. Мертвое тело мягко сползло на пол. Одним лежащим стало больше.

Мёртв. И этот тоже. И этот. Все мертвы.

Андрей кинулся к решетке и стал стучать, звать, кричать. Он уже не боялся, что за ним придут и поведут в допросную. Там хотя бы было светло. И там были живые люди. А мертвецов он с детства боялся.

На стук никто не пришел.

Через день кончилась вода.

Никто не приходил и не приносил еду и воду. Никто не проверял, что и как в камерах. Вокруг была мертвая тишина, и Андрей понял, что это не просто выражение. Все были мертвы. Все. В том числе и тюремщики. Он вспомнил про прививку и про грипп. И как уже в кульутрные времена этот грипп косил всю Европу. А тут - Средневековье какое-то. Выходит, не врал про чуму. Дело ведь не в том, как именно она называется?

Второй день без воды был кошмарным. Третий - хуже второго. А потом он просто ослабел, лежал в куче соломы под стеной и медленно умирал, в темноте и тишине погружаясь в черный сон, из которого уже не было выхода.
...
Андрей проснулся по будильнику. Руки не слушались - затекли и адски болели. До слез. На телефоне была пятница. Та самая, когда обещали делать прививки.

- Андрюш, сходи уж, - сказала начальница на работе. - А то заболеешь - как мы без тебя тогда?

Но сон был слишком ярким. Он отказался. Да и что дает привика? Практически ничего. Для слабого организма - так и вовсе один вред. Так ведь? И не пошел.

На следующее утро были все признаки начинающегося гриппа. Страшно болела голова. Ломило кости. Похоже, поднялась температура, что было заметно при умывании - ощущение воды на коже было просто болезненным. Андрей залез в ванну и пустил горячую воду. Хотелось согреться. От воды шел пар. Он чувствовал, как она жгёт. Горячая. Но холод внутри никак не таял.

В его доме внизу около магазина был небольшой аптечный пункт. Вот туда Андрей и пошел. Купить хоть что-то антигриппозное. Еле-еле спустился по лестнице. Слабость выжимала пот, по спине текло, рубашка холодным пластырем прилипала к телу, голова кружилась и болела все сильнее и сильнее.

Холодно, болезненно, мерзко.

На выходе споткнулся, ухватился за двернной косяк, да промахнулся и полетел, как во сне, плашмя на бтон крыльца. Головой на стальную решетку. Успел в полете крикнуть что-то матерное - и все. Чернота.
...
А потом - океан воды в лицо, заливая нос и рот, заставляя отплевываться и откашливаться. Перед ним стоял знакомый мужик в кожаном грязном переднике и хмуро смотрел, как Андрей открывает глаза, открывает их еще шире, открывает рот для крика...

- Он готов. Можно продолжать.

- У меня чума! Люди! Я заразный! Вы все умрете, это не прививка - это живой вирус! Ты уже мертв и ты мертв, и ты тоже! - кричал Андрей, дергаясь на пыточном «коне».

- И угрозы запишем. Все запишем. А пока - железо. Нет ничего вернее доброго освященного раскаленного железа. Как же их корчит, этих грешников! И ведь что только не придумают... Чума... Чума была десять лет назад. И как чума выглядит, мы все знаем.
Tags: Графомания, Рассказ
Subscribe

  • Севастополь в конце 19 века

    "В приличном, то есть застроенном виде были только Нахимовский проспект и Большая Морская улица, да и то на них местами зияли большие пустыри и…

  • Термидор - жаркий месяц!

    Если кто-то еще празднует день начала Великой французской революции, то есть, наверное, и те, кому праздником - день сегодняшний. 27 июля 1794 года…

  • Ура!

    Важная дата закреплена в календаре Севастополя. Вчера Законодательное Собрание города в двух чтениях приняло законопроект о появлении новой памятной…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments