ДИР (dir_for_live) wrote,
ДИР
dir_for_live

Вариантов нет


- Ты слышала, что они говорят?
- Что? - повернулся жена. - Кто?
- Тьфу! - только плюнул в сторону в сердцах.
Пересказывать то, что услышал? И что она поймет? И зачем пересказывать, когда теперь важен каждый час?
- Я в магазин!
Магазин и небольшой рынок были неподалеку - метров триста от подъезда, прямо через парк. Ходить пришлось не раз и не два раза. Он молча вытирал пот и скупал тушенку, самое дешевое пиво, питьевую воду, сухие супы, соль, сахар, чай. Носил и носил, расставляя дома по углам. Никаких заморозок. Потому что если кончится свет - а он не может не кончиться, то холодильник превратится в воняющий гнильем белый шкаф. Тлен и черви. Черви и тлен. А вот овощи - пусть немного - он тоже взял в одном из походов за продуктами.
- Не знаешь, тут нет колодцев?
- Господи, какие колодцы? Откуда в городе - колодцы?
Действительно. Тут бурили скважины и ставили насосы. Электрические. Но пока свет был, он зарядил ноутбук, планшет, телефоны и небольшой аккумулятор-зарядку для всей этой электроники. В хозяйственном магазине на последние деньги купил несколько упаковок батареек и китайский светильники, над которыми всегда раньше смеялся. Спички и свечи - это само собой.
Квартира выглядела, как склад, а жена смотрела непонимающими коровьими глазами и даже предлагала сходить к врачу.
Кстати, аптека! Купил бинтов, несколько упаковок серой ваты, мазей и жидкостей в ассортименте, таблеток и порошков - тех, что без рецепта. Девушка в аптеке смотрела спокойно и ловко считала деньги.
- Ваша карточка не позволяет все это оплатить.
Убрал сколько-то чего-то мз кучи. Пересчитали. Терминал пискнул и выдал длинный чек. Домой шел, еле-еле переставляя ноги - устал. очень устал.
- Молчи, - только и сказал.
С утра начали появляться новые люди.
Он не выходил, смотрел сверху, с балкона. Но народ все прибывал и прибывал. Растрепанные женщины, усталые дети, суровые и одновременно растерянные мужчины.
На рынке кого-то побили. Слышны были крики и даже выстрелы вверх - вмешалась полиция.
В какую-то из ночей зазвенело разбитое стекло - грохнула оземь витрина ближайшего магазина. Этих, в черной форме, просто как будто не стало - исчезли, растворились. На шоссе колонны автомобилей - сюда, и такие же колонны отсюда. Все куда-то едут, спешат, пытаются спастись.
Жена уже ничего не спрашивает. Она смотрит телевизор и только иногда вздрагивает и плачет, вытирая платком глаза и тут же закусывая его зубами.
Он успел. Успел!
Сегодня было бы уже невозможно купить все это. А так, он уже считал и строил таблички, раскидывал ресурсы и время, хватит месяца на два. А если ужиматься, то и на три. Жаль, невозможно запасти воду так надолго. Правда, питьевая в пятилитровых баллонах пока стояла в коридоре. На полную использовали водопроводную. А жена, умница, собрала все тазики и ведра, налила доверху, прикрыла марлей от пыли и насекомых.
Кстати, повились мухи. Раньше он специально отмечал, что мух тут нет - а теперь так и жужжат. Большие, зеленые, сытые.
Перестали вывозить мусор. Воняет от баков за полквартала.
А однажды не включился телевизор. То есть, он включился, но ничего не показал - сплошная серая муть и шипение. На следующий день отключилось электричество.
Ха! Он знал и ждал! В морозильнике был наморожен лед - не в виски его, не в коктейли. Это тоже запас воды.
- Что с водой?
- Всё.
Как она спокойно отвечает! Ну, понятно. Раз нет желктричества, не работают и насосы. Воды больше нет. Вопрос: как решать с туалетными делами? Ведь забьется в момент, завоняет. А там и зараза какая-нибудь выплывет. Ну, что - в парк? Все в парк? Под кустики? Или еще не сломана мораль, еще нет сил на то, чтобы сделать это первыми?
Надо бы выкопать яму - подумал еще. Завтра, может быть. Лопаты нет, кстати. Придется идти по соседям.
Вечером ужинали при фонарях, уставив их в потолок.
А ночью к ним пришли.
Наверное, на свет.
Дверь отжали легко и спокойно. Потом затопали по коридору, ворвались в комнату, осветили все, загомонили радостно: нашли, есть!
Из ванной слышался крик насилуемой жены. А его просто ткнули в живот три раза здоровенным ножом, и он лежал, скрючившись от боли, и медленно умирал.

***

Черт...
Вот же сны какие яркие!
Ккая жена, кстати? Даже интересно вспомнить, кого сон выдавал за жену. Вроде, кто-то из знакомых? И квартиры у него нет. Коната в коммуналке. Купил на накопленное перед пенсией и сбежал сюда, на юг, от суеты и гари больших городов. И живет на эту самую пенсию. То есть, дояться просто нечего и некого.
Как - нечего?
Сколько времени?
На часах было пять утра.
Подхватился, оделся, вылетел на улицу. Побежал, неуклюже шлепая ногами в домашних тапках. Прибежал к банку и круглосуточному банкомату. Сунул карточку, трясясь заранее и переживая. Но все прошло. Снял все деньги, какие были. Следующей пенсии может и не быть.
Потом долго сидел на скамеечке у магазина, ждал открытия.
Дождавшись, долго ходил по торговому залу, рассчитывая так и этак. Вот это брать. Иди вот так. А еще можно... И еще. В три захода таскал полными сумками консервы и всякие дошираки.
Дома налил все пластиковые емкости, сунул в морозилку - морозить лед. Это правильно ему присннлось. Хорошая идея.
Конечно, если бы была машина, то...
А что тогда? Куда бежать и от кого? Тут хоть город маленький. Представить страшно, что творится в больших.
Сбегал в аптеку, в хозйственный.
Дома распихал все по полкам, убрал в шкаф.
Подумал еще, что было бы неплохо в спортивном купить туристическую печку на сухом спирте. И горючего этого запастись. Потому что доширак хорош с кипятком. А кипяток на костре в пластиковом ведре не сделать. Но денег нет уже ни на печку, ни на правильные ведра.
Еще день было спокойно. А потом хлынул поток беженцев. Их расселяли по всем. Ходяли с полицией и с матросами, вооруженными автоматами, смотрели площадь, количество проживающих, наличие мебели.
Ему подселили целую семью - женщину с двумя детьми. А муж у нее остался там, в столце, в военкомат пошел.
Власть взялась строго: стояли у магазинов, стояли на рынке. Смотрели строго. Говорят, никого больше в ИВС не волокут. Вроде, слышали все, что по законам такого времени - чуть ли не на месте. Прямо вот берут и стреляют, а для страха и вешают. Ну, так, говорят, в столице и в крупных городах. Но у нас-то городок небольшой, все и всех знают! Нет?
Ночью, когда плесленцы уже спали, выходил в Интернет. Там писали страшное. Но разве можно верить Интернету? Отвечал: вот у нас спокойно. И власть солидно держится, и флот и армия тут. Так что фиг всем, кто желает плохого. Продержимся!
Беженцам выдали карточки и стали давать продукты.
Он «своей» показал, что шкафы полные - но это на крайний случай. Пока надо перебиваться тем, что есть. Дети у нее хорошие. Мальчик и девочка. Умные и спокойные. И читать любят.
На улицах детей не осталось. Парк пуст. Все ждут, чем всё закончится.
Одной ночью дрогнула земля.
- Началось!
Он кинулся к окну. Над горами сверкало, а потом вдруг загорелось, ослепляя и рисуя четкие черные тени.
Он нырнул вниз, на пол, маша рукой, чтобы и все тоже.
Время замедлилось. Сначала медленно, как в кино, выдавило оконные стекла, и они полетели по комнате, тонко звеня. Потом грохнуло так, что дом встал косо, и покатилось что-то по полу. Или это только казалось, что сначала и потом, а на самом деле одновременно?
А потом пришла волна.

***

Офигеть!
Вот это сны пошли. Просто кино какое-то. Жуть - и никаких тебе зомби.
Кстати, сколько времени? Четыре утра? Ну, нормально. Надо бы сбегать к банкомату - снять денег. Не так. Снять деньги. Все, что есть. И накупить запасов.
Хотя, что толку? Какие могут быть варианты?
На улице тревожно взлаивали собаки.
Tags: Графомания, Рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments