Представьте себе такой случай: директор департамента призывает к себе столоначальника и говорит ему: «Любезный друг! я желал бы, чтоб вы открыли Америку». Я не берусь утверждать, чтоб столоначальник осмелился возразить, но он все-таки поймет, что открытие Америки совсем не его ума дело. Поэтому, всего вероятнее, он поступит так: разошлет во все места запросы, и затем постарается кончить это дело измором. Но пускай тот же директор тому же столоначальнику скажет: «Любезный друг! я желал бы, чтоб вы всех этих Колумбов привели к одному знаменателю!» Вы не успеете оглянуться, как Колумбы подлинно будут обузданы, а Америка так и останется неоткрытою. Митрофаны не изменились. Как и во времена Фонвизина, они не хотят знать арифметики, потому что приход и расход сосчитает за них приказчик; они презирают географию, потому что кучер довезет их куда будет приказано; они небрегут историей, потому что старая нянька всякие истории на сон грядущий расскажет. Одно право они упорно отстаивают – это право обуздывать, право свободно простирать руками вперед. Митрофан на все способен, потому что на все готов. Он специалист по части гражданского судопроизводства, потому что занимал деньги и не отдавал оных. Он специалист по части уголовного судопроизводства, потому что давал затрещины и получал оные. Он специалист по части администрации, потому что знает такие ругательства, которые могут в одно мгновение опалить человека. Он специалист по части финансов, потому что все трактиры были свидетелями его финансовых операций. Он медик, потому что страдал секретными болезнями. Он акушер, потому что видал нагих женщин.