Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Тень

На улице похолодало

Зато во сне было тепло. И в этом тепле я бегал по какому-то городу, похожему на Москву, Пермь и почему-то Тюмень. Я работал, работал, работал... Я был то ли помощником, то ли заместителем директора. И поэтому все вопросы были на мне. Поэтому же мне все это дико не нравилось. И я вдруг решил уволиться. Всё, хватит! Мне такое не нужно. И никакое не нужно в этой конторе. Вообще никакое!
Тут же напали мысли о том, где жить, как жить, на что жить... И вдруг там во сне я вспомнил: у меня есть комната! У меня есть пенсия! Мне хватит на жизнь - и пошла эта работа нафиг! Такое облегчение сразу...
Шляпа и очки

Насчет планов

Погода просто офигительно прекрасная. Небо синее, листья деревьев ярко-разноцветные.
По плану завтра я собрался гулять.
Постоянно обновляю новости: не запрещено ли мне это? Получится ли завтра влезть в автобус? Не прекращено ли (временно! временно!) действие социальных карт?
Нет?
Тогда завтра я гуляю по центру Севастополя.
Вглядываясь

Осень

На улице +14. Дома теплее.
Днем обещают дождь - там, на улице.
В Крыму отменили льготы пенсионерам на бесплатный проезд. Сидите дома!
В Севастополе пока нет, но зато вход везде-везде по сертификату или справке или коду.
Ну, посижу дома. Сидел при 5 заболевших год назад. Посижу при 300 этой осенью. Хотя, в ноябре ожидается приезд раз, два, три... Троих, вроде. Но можно бухать и "в номерах" 🙂
Да, школьники довольны. С понедельника следующего у них каникулы на три недели.
Улыбка2008

Ура!

Самый все еще Живой Журнал напомнил, что пять лет назад я еще работал и еще раздумывал, как и когда и что. И вот что было записано в этот самый день ровно пять лет назад:

"Мне сегодня объясняли, что, во-первых, мне будет скучно без работы, а во-вторых, не прожить без работы, и в третьих, куда же я от работы.
А я сказал, что вот в Севастополе новое жилье есть по такой-то цене. А старое - по такой-то. И что мне не скучно нисколько, когда я не работаю. И что мне на еду хватает двухсот рублей в день - это сытно и вкусно и много.
Они качали головами и гудели пчелами. Они хотели моего обещания работать, сколько им надо".

И что я скажу: без работы мне тут просто офигительно!
Шляпа и очки

Погода радует

Тепло, но не жарко. Осень, но не холодно. Солнечно, но не печет.
Вот в одиннадцать пообедаю слегка и выеду гулять по Севастополю. Гулять в разных смыслах, потому что мы там потом - ух, как загуляем по поводу и просто так.
Улыбка2008

Смотрю в холодильник

А пиво-то заканчивается! Вот еще день - и всё!
Как раз завтра запланировал долгое гуляние по Севастополю. Завтра, возвращаясь домой, и куплю себе много пива. Разного и полторашками, и поллитровками, и по 0.44, как теперь модно.
Послушаем-послушаем

Севастополь в конце 19 века

"В приличном, то есть застроенном виде были только Нахимовский проспект и Большая Морская улица, да и то на них местами зияли большие пустыри и попадалось довольно много развалин домов, пострадавших от бомбардировок в Севастопольскую кампанию.
Дома в два и три этажа попадались как исключение; большая часть домов были одноэтажные небольшие особняки. На Нахимовском проспекте от Б. Морской до нынешнего Приморского бульвара, была прилично застроена только южная сторона улицы, прилегающая к горе; северная же часть улицы, примыкающая к стороне моря, была застроена жалкими домишками, за которыми, вплоть до Северной бухты, тянулся пустырь, на котором был раскинут базар с лотками и небольшими лавочками.
Приморского бульвара не существовало; был грязный и обширный пустырь, покрытый бурьяном, и имелось несколько небольших домиков, скорее лачуг.
Около Графской пристани возвышалось лучшее по тому времени здание в городе - гостиница Киста (старая гостиница, около которой впоследствии была построена новая, ныне существующая гостиница Киста). Затем тут же на Графской площади было здание морского ведомства (управление порта) и управление (контора) Русского общества пароходства и торговли.
На Екатерининской улице, начинавшейся от площади у Графской пристани и огибавшей центральную часть города с восточной стороны, было только десятка два приличных домов; из них лучшими были: гостиница Ветцеля, здание почты, дом градоначальника, Морской собор, так называемый Тотлебенский дом и не больше десятка частных домов в один и два этажа. Все остальное пространство представляло груду сплошных развалин. Здание таможни тогда только строилось рядом с небольшим домиком, где помещалась старая таможня.
Была застроена небольшими, но хорошими домами Тотлебенская набережная (от Таможни), на которой находился и наш дом.
Дорога от Екатерининской улицы до вокзала тянулась по сплошному пустырю; попадались только отдельные домики, принадлежавшие портовым рабочим и отставным матросам. Площадь, соединяющая Б. Морскую и Екатерининскую улицы, была под сенным базаром; на ней был только один дом в три этажа, совершенно казарменного вида, принадлежавший богатому хлеботорговцу и спекулянту по торговле землей в Крыму - Дуранте. Исторического бульвара еще не существовало.
Вся средняя часть Севастополя (гористая) была в сплошных развалинах. Наверху только возвышался собор, и вокруг него несколько казенных и городских зданий (между прочим реальное училище и несколько домов морского ведомства)? Частных зданий в средней части Севастополя было мало, и они были разбросаны среди развалин.
К западу от Б. Морской (по направлению к Херсонесу и примыкая к морю) было небольшое предместие, застроенное небольшими домиками, принадлежавшими большей частью семьям старых матросов.
Корабельная и Северная стороны имели свои небольшие поселки, населенные рабочим людом.
Водопровода в городе не было; воду по домам развозили в бочках. Более состоятельные люди имели своих лошадей для привоза воды, ибо водовозы брали за воду сравнительно дорого (по 1 копейке за ведро). Канализации, конечно, не было. Освещение улиц (да и то только главных) было крайне мизерное. Только на главных улицах были жалкие остатки мостовой (вряд ли ремонтировавшейся со времен Севастопольской кампании), и все улицы были покрыты густым и толстым слоем известковой пыли.
Интеллигентная часть населения города состояла из военных (чины частей местного гарнизона), небольшой группы инженеров и архитекторов, поселившихся в Севастополе после проведения Лозово-Севастопольской железной дороги, небольшого чиновничьего кружка, учительского персонала двух учебных заведений (мужского и женского), нескольких врачей, довольно значительной группы старых отставных моряков (было несколько видных защитников Севастополя 1854 г.), небольшого кружка старых Севастопольских аборигенов (преимущественно занимавших места по городскому управлению) и нескольких дельцов по хлебной торговле и спекуляции с покупкой и перепродажей земли. Жизнь была очень патриархальная. Все друг друга знали, друг у друга бывали, играли в карты, устраивали любительские спектакли и живые картины.
Весенние, летние и осенние вечера большинство не занятых какой-либо работой проводило на Мичманском бульваре, где в ротонде танцевали, играли в карты и ужинали... Жили так, как текла жизнь и в других захолустных небольших городах России.
После Севастопольской кампании 1854-1855 гг. Севастополь совершенно захирел. Флота у России не было. Новых жителей в Севастополе не появилось. Подвоза к Севастополю каких-либо товаров не было, а следовательно, бездействовал и торговый порт. Денег на восстановление разрушенных домов не было, и Севастополь постепенно умирал. Оживление началось только после постройки Лозово-Севастопольской железной дороги, но до Турецкой войны 1877-1878 годов еще не было заметных результатов.
В Херсонесе еще не начались раскопки старого города. Был только небольшой Херсонесский монастырь, испытывавший страшную нужду. Георгиевский монастырь также был страшно беден, и монастырская братья с трудом существовала. Балаклава представляла из себя небольшую, жалкую рыбацкую деревушку. Инкерманский монастырь также едва существовал.
Вокруг Севастополя было много хуторов, процветавших до Крымской войны, но к описываемому времени только два-три из них вновь превратились в цветущие сады и имели хорошие виноградники. Остальные же носили еще свежие следы разрушения за время Крымской войны и были в самом жалком виде. Все ближайшие окрестности Севастополя были еще покрыты полузасыпавшимися траншеями и редутами, и всюду были следы лагерей неприятельских войск...".

(Воспоминания А.С. Лукомского "Русская армия в Великой войне. Очерки из моей жизни").
Шляпа и очки

День такой хороший

Ы-ы-ы!
Замерз под утро. Кутался в пододеяльник, подтягивал колени к животу, накрывал голову, оставляя только воздуховодное отверстие (оно же продух).
А это оказалось, снаружи - девятнадцать! Просто кайф какой-то!
Днем правда обещают все 28, а завтра уже опять 30 и снова жара. Но это завтра!
А сегодня, раз такое вот хорошее, и дышать легко и вообще - гуля-я-ять!
Вот сейчас новости дочитаю и буду собираться. Часов в девять выдвинусь в сторону исторического центра города-героя Севастополя.
Жгёшь

Артём, понимаешь...

- Здравствуйте! Меня зовут Артём. Вам удобно сейчас говорить?
- Смотря о чем, - отвечаю я, валяясь после обеда.
И он начинает уверенным голосом трындычать что-то там про Совкомбанк и условия. Причем, не прервать его! А отключать не хочу - меня один вопрос всего интересует. В ма-а-аленькой паузе вклиниваюсь и спрашиваю:
- А где отделение вашего банка в Севастополе? Ну, в Крыму?
- Извините...
И отключился.